@28/08/2026
Университеты, которых нет
Всем привет! Это снова Рита, которая совмещает преподавание в университете, написание диссертации и создание анонимных писем про российское высшее образование в период войны и репрессий.
Эту рассылку пишу из отпуска, когда я по традиции оглядываюсь на прошедший учебный год и подвожу итоги. Одно из моих наблюдений: в российских университетах осталось мало преподавателей, которые, вопреки всему, пытаются держаться за академическую свободу и автономию университетов от государства (я отношу себя к таким). Цена публичного протеста — например, против вербовки студентов в армию, политических отчислений и увольнений, введения «патриотических» дисциплин, — как никогда высока. Особенно за пределами столиц. В регионах силовики смотрят на несогласных куда пристальнее, чем в Москве и Петербурге. В итоге даже между собой мы стараемся поменьше обсуждать происходящее. Каждый раз подолгу прощупываешь почву, прежде чем поймёшь, как твой коллега относится к увольнению «иноагентов» или очередной лекции о врагах с запада. И если вдруг случается живой и честный контакт с единомышленником, это на вес золота.
Чтобы немного отвлечься от таких итогов, я хочу рассказать о независимых образовательных проектах, которые появились в последние несколько лет. Эти объединения не всегда похожи на университеты в традиционном смысле. Но они формируют сообщества, связь с которыми поддерживает мою надежду на лучшее.
Европейский диплом
В 2023 году в Карловом университете в Праге открыли магистратуру «Российские исследования», в которой есть возможность обучаться в том числе на русском языке. Эта программа больше всего из моей подборки похожа на традиционно университетскую: есть кампус и аккредитация, а выпускники получают дипломы Карлова университета.
Магистратура создана совместно с местным философским факультетом. Финансирует программу Фонд имени убитого российского оппозиционного политика Бориса Немцова — его в 2015 году, вскоре после смерти Немцова, основала его дочь Жанна, тогда журналистка Deutsche Welle.
На программу могут поступить те, у кого уже есть степень бакалавра. По задумке Жанны Немцовой, она рассчитана на людей, которые будет «менять Россию в постпутинскую эпоху», и на тех, кто в Европе, США, Индии или Китае будет отвечать за политику в отношении России.
Абитуриентам нужно пройти через вступительные испытания: экзамен по истории, политике и обществу России. По чешскому закону все программы, которые идут в стране на иностранном языке, должны быть платными, так что учёба на «Российских исследованиях» стоит почти 6 тысяч евро в год. Но есть стипендии для особенно мотивированных студентов — вплоть до 12 тысяч евро, которых хватит, чтобы оплатить всю магистратуру.
Программа устроена подчёркнуто гибко. Обязательных предметов всего восемь, остальное — курсы по выбору, которые фонд меняет под интересы конкретного набора. Впечатляет преподавательский состав: например, курс «Посткоммунистический транзит» читает профессор Колумбийского университета и автор популярной книги о политическом режиме Путина «Слабый силач: пределы власти в путинской России» Тимоти Фрай. В профессорский состав входят и те, кто сейчас не может работать в России из-за заведённых на них политических дел или токсичных статусов, — например, историки-иноагенты Дмитрий Дубровский и Сергей Медведев.
Впрочем, даже легально встроенный в один из старейших вузов Европы проект дался создателям нелегко. На магистратуру многие ополчились ещё до официального открытия. Чехи боялись, что за такой программой стоит политическая повестка и фонд Немцова будет влиять на содержание курсов. Недоумевали и украинцы, которые приехали в Чехию в 2022 году после начала войны: почему у русскоговорящих есть возможность сразу поступить на магистратуру в новой стране, а украиноязычным нужно сначала по законам страны год учить чешский, и только потом зачисляться в вуз?
Программу всё-таки запустили, несмотря на претензии, но трудности для студентов на этом не закончились. Чтобы очно учиться в Праге, нужна чешская студенческая виза, а Чехия их гражданам России не выдаёт — равно как и виды на жительство. Официальная мотивировка чешского МИДа: необходимость защищать национальную безопасность и интересы страны в свете продолжающегося вторжения России в Украину. В итоге студентам из России поступить очень трудно — на программу могут зачислиться только счастливые обладатели европейского ВНЖ, гуманитарных виз европейских стран и русскоязычные студенты без российского гражданства.
Ну а в 2024 году «Фонд Бориса Немцова за свободу» в России признали нежелательной организацией. Для студентов это значит, что учёбу на «Российских исследованиях» в Чехии российские власти могут посчитать участием в деятельности организации, а за это установлена уголовная ответственность.
У меня нет сведений о количестве студентов с российским паспортом, которые всё-таки смогли добраться до Праги и начать учиться там. Но сколько бы их ни было, думаю, на эту магистратуру поступают люди с похожими на мои ценностями: свободы исследований, критического мышления и неангажированного знания.
Диплом без границ
Ещё один проект, о котором я хочу рассказать, позволяет получать образование, не выходя из-за рабочего стола в своей комнате. Это Smolny Beyond Borders. В 2022 году появились онлайн-курсы под этим брендом, а в 2026-м — целая учебная программа с возможностью получить реальный диплом.
SBB — потомок первого в России факультета свободных искусств и наук, который двадцать лет проработал в Петербурге как совместная программа СПбГУ и американского Бард-колледжа. Программа соответствовала модели liberal arts, когда студент сначала пробует курсы из разных областей, от искусств до естественных наук, и лишь потом выбирает специализацию. Цель такой модели — формирование специалиста с широким кругозором, способного мыслить междисциплинарно. Идея в современной России оказалась крамольной: позволить людям свободно выбирать? Немыслимо! В итоге ещё в 2021 году Бард-колледж объявили «нежелательной» организацией, поскольку он якобы «угрожал конституционному строю и безопасности» страны.
СПбГУ разорвал отношения с Бардом, а дальше случился разгром факультета. За 2021–2023 годы его покинуло около тридцати преподавателей — кого-то увольняли, кого-то вынуждали уволиться, создавая невыносимые условия работы, а некоторых иностранцев депортировали из страны.
После начала войны часть уехавших преподавателей Смольного собрались заново. С 2022 года через их программы прошло больше 2500 студентов, а к осени 2025 года под новым брендом читали уже 23 курса, что для инициативы в изгнании кажется огромным числом. Когда-то я тоже проходила курс в SBB, и это был глоток свежего воздуха в сравнении с тем, что происходит у меня в университете. Умнейшие преподаватели, интересные обсуждения, студенты-единомышленники.
В 2025 году проект запустил Smolny Associate Degree — полноценную двухлетнюю программу обучения, по окончании которой выдают диплом Associate of Arts Бард-колледжа. Это первая ступень американского высшего образования. С ней можно продолжить учёбу до полного бакалавриата в вузах сети Барда (например, в самом Bard College в штате Нью-Йорк, в Bard College Berlin в Германии или в Американском университете Центральной Азии в Бишкеке) или перевести кредиты в другие университеты мира. И всё это — онлайн, на русском и английском, в маленьких семинарских группах вместе со студентами из глобальной сети Барда.
Программа адресована русскоязычным студентам из России, Украины, Беларуси и регионов, в которых из-за войны или политического режима сократилась возможность получить качественное высшее образование. Если бы я поступала на программу Smolny Associate Degree, я бы в первую очередь смотрела на курсы по социологии лингвистики и управлению природными ресурсами.
В планах авторов проекта открыть в 2027 году полноценный онлайн-бакалавриат в рамках проекта Bard Global Degree для студентов со всего мира, которые из-за конфликтов и репрессий потеряли доступ к качественному гуманитарному образованию. Впрочем, это онлайн-обучение, которое не даст возможности проживать в другой стране. А иметь связи с нежелательным Бардом, оставаясь в России, да ещё и платить за учёбу на иностранный счёт, по нынешним меркам довольно опасно.
Не диплом, а что-то большее
Наверное, самый доступный и условно безопасный для российских студентов образовательный проект из тех, что я перечисляю в этом письме, — это Свободный университет. Тут курсы и программы можно пройти онлайн и бесплатно.
«Свободный» появился в 2020 году, ещё до войны. Бывшие преподаватели Высшей школы экономики — журналист Кирилл Мартынов, профессорка факультета права Елена Лукьянова, преподаватели Школы философии Юлия и Виктор Горбатовы — инициировали независимый образовательный проект, который запустили с 19 курсами, от введения в теорию вероятностей до гендерной теории. Проект сразу стал популярным: на первый набор подались 6,5 тысяч желающих. В 2026 году Свободный объединяет до 300 преподавателей по всему миру, а за прошедшие пять лет через него прошло около 20 600 студентов.
«Университет» здесь — не про здание, а про устройство. Это не лекции на ютубе, где ты в одиночку смотришь запись. Это семинары: небольшая группа, обсуждение с преподавателем. Поступить может кто угодно — желающим достаточно выбрать курс и написать убедительное мотивационное письмо. Студенты не получают дипломы, а только сертификаты, которые формально не признаются ни европейскими, ни российскими вузами. То есть того, ради чего некоторые идут в университеты, — статусный диплом, карьерный лифт, — здесь нет. Но само знание и люди, с которыми ты его добываешь.
В марте 2023 года Генпрокуратура признала Свободный университет нежелательной организацией, заявив, что он навязывает студентам «ультралиберальную модель европейской демократии» и популяризирует всё запрещённое. После этого Учёный совет Свободного объявил, что приостанавливает работу внутри России. Преподаватели, находящиеся в стране, прервали свои курсы. Моя знакомая как раз тогда проходила курс по праву в Свободном. Она говорила, что никогда не забудет, как одногруппники поддерживали друг друга в момент происходящего.
Удивительно, но токсичный статус на способности проекта собирать студентов почти не сказался. По оценке аналитиков CEPA, после признания «Свободного» «нежелательным» отток составил всего 10–12% учащихся за год. Сейчас на курсах «Свободного» работают преподаватели, не заявляющие о своём участии публично, а студенты скрываются за никнеймами. В итоге за последние годы Свободный только окреп. Там добавились новые двухгодичные программы и, что особенно важно для меня как для юристки, очень содержательные курсы по международному праву. В одном из них, кстати, в дополнительных источниках к занятию был указан трек оппозиционного российского рэпера Оксимирона. Такого в классических университетских книжках не увидишь.
Я многим обязана именно Свободному университету и его сообществу. На всех курсах, которые я проходила, было множество современных научных текстов, принципиально иная, чем в российских вузах, свободная обстановка, возможность задавать абсолютно любые вопросы и пространство для рассуждений. И пусть всё происходило онлайн, эти занятия определили мои исследовательские интересы, которым я следую до сих пор.
*
Все три проекта, о которых я рассказала в этом выпуске, пытаются сохранять связи с российскими студентами. Я правда верю, что свободное образование может быть противоядием от индоктринации и пропаганды, и рада знать, что у меня остаётся так много «своих». Мысль, что всех нас объединяют общие ценности, идеи и амбиции, спасает меня от одиночества. К сожалению, одиночество сегодня — естественный спутник тысяч молодых исследователей в российских вузах, которые, вопреки всему, верят в академическую свободу и пытаются сохранять её хотя бы в своей отдельно взятой аудитории.
Спасибо, что прочитали этот выпуск Студгазеты. Расскажите своим друзьям и коллегам о нём. Пишите мне на почту, если хотите обсудить что-то из выпуска: rita.dispatch@proton.me
Предыдущие выпуски:
Студгазета. Выпуск №1Студгазета. Выпуск №2Студгазета. Выпуск №3