Привет! Это снова Рита, и сегодня утром в своём университете я в очередной раз увидела рекламу службы по «специальному» контракту для студентов.

С января 2026 года все вузовские здания заполнены тематическими брошюрами и плакатами на любой вкус — жёлтые, зелёные, большие, маленькие, с фотографиями военных и без. В каждой — обещания миллионных сумм, которые студенты получат, если заключат контракт с Министерством обороны и вступят в войска беспилотных систем (ВБС). Всё дело в том, что в конце 2025-го бывший президент, а ныне заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев заявил, что в 2026-м комплектованию этих войск будет уделено особое внимание. Кто бы мог подумать, что приоритетными новобранцами для этого станут студенты.

Помимо огромных денег, молодых людей мотивируют аннулированием академических долгов и бесплатной учёбой. Но, несмотря на всё это, я вижу, что студенты возмущены тем, что их зовут воевать.

В новом письме речь пойдёт о милитаризации российского высшего образования. Чтобы вы ощутили масштаб проблемы, я постаралась создать картину типичной недели в российском университете на примере своего вуза. А после вписала нашу рутину в масштаб страны.

Понедельник

Сегодня на паре студенты пожаловались мне, что их неделя снова началась с лекции, куда их заставили идти под угрозой дисциплинарного наказания. Очередной приглашённый «философ»-пропагандист рассказывал им о «русском мире», «величии России» и «врагах из-за рубежа, получающих деньги госдепа за вовлечение российской молодёжи в протесты».

Лекции, на которых учат любить родину, с начала войны в Украине стали неотъемлемой частью учебного процесса. Конечно, университеты и до 2022 года становились пропагандистскими площадками. Но теперь постоянными гостями стали члены националистической провластной организации «Русская община», военные, военкоры и силовики. Единственное, что меня радует, — все эти лекторы явно проигрывают битву за внимание студентов их телефонам. Я не раз видела, как в плотно заполненных аудиториях ребята на фоне информации об угрозе с Запада смотрят видео на недозаблокированном YouTube и рилсы в экстремистском «Инстаграме».

Ещё в последние годы активно работает общество «Знание» — пропагандистский проект в модной обёртке молодёжной образовательной платформы. Вообще эта «просветительская» организация существовала ещё во время СССР, но в новейшее время её дважды (в 2015 и 2021 годах) пытались возродить с лёгкой руки Владимира Путина. Вторая попытка была успешной. С тех пор на мероприятиях «Знания» выступали федеральные министры, Илон Маск по прямой связи, актёр Константин Хабенский и футболист Андрей Аршавин. А ещё популярные у молодёжи комики, блогеры и поп-исполнители типа Вани Дмитриенко и рэпера Басты. Параллельно с лекциями о борьбе с кибербуллингом в «Знании» регулярно рассказывают, например, о российском суверенитете и новом миропорядке. Все пропагандистские нарративы безупречно упакованы в модный дизайн и профессиональный видеопродакшн.

Из последнего у общества «Знание» мне запомнилось выступление пропагандиста Владимира Соловьёва. Там была такая цитата:

«[Особенно] люблю двух учителей: по истории и по начальной военной подготовке. Один научил, в кого стрелять, а другой — как».

Вторник

На корпоративную почту пришло сообщение о сборе гуманитарной помощи российским военным. Такие письма регулярно приходят с начала 2022-го, так что я уже особо не вчитываюсь.

Проект сбора гуманитарки под названием «Вузы для фронта» стал регулярной практикой под эгидой Минобрнауки в 2023 году. В том ноябре министерство заявляло, что к программе присоединились 500 вузов. Правда, в 2025-м правозащитники из проекта «Молния» проанализировали публикации на сайте ведомства и установили, что эта цифра завышена в три раза. Странно, что всего лишь в три. Думаю, единственное что останавливало Минобрнауки, — количество вузов в России (их немногим больше тысячи).

«Вузы для фронта» — не единственный проект, занимающийся сбором гумпомощи с привлечением студентов. Зачастую вузы помогают солдатам совместно с волонтёрскими центрами и благотворительными организациями. Особенно «амбициозным» мне показался проект сбора в Москве от организации «Добро.рф» — срок его реализации истечёт в 2029 году. Кажется, они что-то знают…

Обычно в рамках гумпомощи собирают маскировочные сети (к их производству, кстати, студентов тоже привлекают), окопные свечи, медикаменты, одежду и средства гигиены. Но бывали и странные инициативы: на фронт отправляли пироги, шоколад и что только не. Как вам, например, идея студентов Арктического государственного агротехнологического университета отправить военным 12 килограммов рыбных котлет?

Честно говоря, я ни разу не слышала от своих студентов, что они действительно сдают гуманитарку. Так или иначе, это было бы лишь косвенное участие в войне. К сожалению, дело этим не ограничивается. Как я уже упоминала, недавно студентов стали привлекать непосредственно к убийству людей.

Среда

Сегодня администрация университета велела всем кафедрам и департаментам выложить на сайты подразделений рекламу контрактной службы в беспилотных войсках. Специальный человек, занимающийся у нас в вузе «воспитательной работой», завтра будет  проверять посты и доложит ректору обо всех, кто проигнорировал требование.

На нашей кафедре за публикацию рекламы отвечала я. Такому поручению сложно сопротивляться напрямую — я постоянно вижу, как несогласных с абсурдными или даже откровенно вредными требованиями коллег выдавливают из университета, а я не хочу лишаться работы. Зато я могу саботировать. В итоге я обрезала на рекламном плакате номер, куда нужно звонить для записи в беспилотные войска. Никто этого даже не заметил. В нынешних обстоятельствах оцениваю это как маленькую победу.

Справедливости ради стоит сказать, что служить студентов агитируют с самого начала войны, просто с 2026-го особенно активно. Заключить контракт уговаривают, например, сотрудники специальных военных учебных центров (ВУЦ). ВУЦ заменили военные кафедры в вузах незадолго до начала войны. Студенты зачисляются туда, чтобы не проходить срочную службу. Но есть важная деталь: после завершения ВУЦ студенты обязаны подписывать контракт на военную службу. С тех, кто отказывается, взыскивают миллионные штрафы, — из них государство якобы возмещает деньги, которое потратило на обучение студента в ВУЦ. При этом в нынешних условиях контракт — ещё более опасная идея, чем срочная служба. У второй хотя бы есть момент окончания, она длится год. А вот контракт с Минобороны сегодня де-факто бесконечный (об этом подробнее расскажу ниже). Заключая его, молодой человек фактически продаёт свою жизнь армии.

Впрочем, воевать агитируют не только плакатами и шантажом. Новый изобретательный способ — использование геймерских образов. В рекламе службы в беспилотных войсках на сайте ДВФУ так и пишут: «Киберспортсмены, геймеры и стратеги — ваше время пришло!» и обещают миллионные премии за управление дронами. А студентов колледжа «Алабуга Политех» управлять беспилотниками убеждают через сеттинг стратегии Heart of Iron IV. На сайте зовут «разбивать НАТО на уровне very hard» и получать за это стипендию 150 тысяч рублей. Что примерно в 150 раз больше, чем обычно получают в российских колледжах. Звучит правда круто: играешь в компьютерные игры и получаешь кучу денег. Но на деле получается, что «игрок» убивает реальных людей и взаправду уничтожает инфраструктуру соседнего государства. Да и сохраниться и пройти уровень ещё раз вряд ли получится.

Вообще всё, что я слышала и читала про «Алабугу Политех», вызывает у меня дикое недоумение. Например, колледж активно продвигают стримеры и блогеры с большой аудиторией. Они описывают подросткам «Алабугу» как рай на земле, где «лучшие из лучших» получают «уникальные профессии в сфере технологий». Недавно Twitch, TikTok и YouTube зачистили аккаунты всех, кто звал студентов собирать беспилотники, но потом некоторых всё-таки разблокировали.

Само учреждение по рассказам похоже на секту, где подростки работают чуть ли не круглосуточно. Полдня они проводят на учёбе, а потом до глубокой ночи занимаются сборкой дронов-шахедов. А в свободное время учащиеся играют в пейнтбол, имитируя сражения Второй мировой войны. На флаге команды-плохишей, правда, изображена не свастика, а эмблема НАТО. Команда-победитель, по правилам, в упор расстреливает команду проигравших — «поле боя» дети покидают в синяках. А одна из студенток в разговоре с журналистами поделилась, что её команду после проигрыша заставили рыть окопы под дождём.

Из «Алабуги Политех» сложно просто встать и уйти, если вдруг решил, что не хочешь собирать дроны. Колледж финансирует обучение студентов, так что при отчислении нужно компенсировать ему затраченные средства — от 170 до 420 тысяч за один учебный год. Это ставит многих в безвыходное положение. Из-за нежелания продолжать учёбу и работу в колледже и страха перед огромным штрафом 16-летний студент покончил жизнь самоубийством. Папа подростка показал журналистам последнюю страницу его дневника, где мальчик писал, как хочет бросить эту учёбу.

Четверг

Сегодня у входа в наш учебный корпус установили мобильный пункт отбора на службу в беспилотные войска. Очереди из студентов, к счастью, не выстроились. Впрочем, выгоды за то, чтобы рискнуть жизнью, предлагают солидные. Пройдёмся по пунктам:

Вообще все эти привилегии гарантированы только красивыми словами вербовщиков. Как говорится, обещать — не значит жениться. Даже обещанных денег в бюджете на момент выплаты конкретному бойцу может не оказаться — такое уже происходит сплошь и рядом.

Пятница

Сегодня я зашла в деканат, чтобы обсудить с коллегами рабочие вопросы. Но неожиданно застала разговор одного преподавателя со студентами о том, что их могут в ближайшее время отчислить. Эта грустная новость сопровождалась нехитрым предложением — заключить контракт в беспилотные войска, чтобы сохранить место в вузе. Позднее я выяснила, что у каждого университета есть показатели по числу заключённых контрактов. За их выполнение нужно отчитываться на ректорских совещаниях. Ещё я слышала, что коллеги из столичных вузов даже увольняются, чтобы не агитировать студентов на контрактную службу. Это довольно смелый шаг — работу в середине года найти сложно, да и не факт, что на новом месте преподаватель не столкнётся с тем же требованием. Ну а для молодых учёных, которые ещё не защитили кандидатскую, перспектива найти работу в другом вузе ещё менее реальна.

По поводу показателей. Министр науки и высшего образования РФ Валерий Фальков в 2026 году озвучил цель для вузов отправлять на контрактную службу не менее 2% от числа студентов. Впрочем, не совсем ясно — это за год или за какой-то другой период. Если считать только студентов мужского пола, получается 44 тысячи новобранцев. Минобрнауки пока не подтвердило и не опровергло целевой показатель. Ответ на соответствующий вопрос журналистов, что называется, убил:

В разных вузах стали публиковать разные целевые показатели по заключённым контрактам. В РГГУ установлена квота в 200 студентов. Из ДВФУ за февраль должны были отправить 32 студента. План по набору на контрактную службу в УрФУ составил 500 студентов. При этом, как сообщает независимое медиа УрФУ, к апрелю интерес к контрактной службе проявили только 5 студентов. По данным Минобрнауки, только бюджетных мест в УрФУ 30 тысяч. Если верить этим цифрам, то контрактной службой заинтересовалось 0,017% студентов-бюджетников. Довольно красноречивая цифра.

Чтобы увеличить откровенно плохие показатели, администрации идут на шантаж и нарушение прав студентов. Например, в ДВФУ учащимся, которые не сдали какой-то экзамен с первого раза, сократили срок для возможной пересдачи. А потом и вовсе разослали письма об отчислении всем студентам с академическими задолженностями, проигнорировав их законное право на три попытки сдать экзамен. При встрече со студентами представитель департамента молодёжной политики ДВФУ предложил должникам не отчисляться, а подписать контракт.

Иногда в ход идут чисто риторические приёмы. Например, несколько месяцев назад Директор одного колледжа убеждал молодых людей, что участие в войне — это «социальная функция мужчины» и так «бог спрашивает за половые признаки». В общем, не воевал — не мужик. В казанском колледже директорка говорила студентам с академическими долгами, что их «жизнь в колледже закончилась» и из них будут укомплектованы войска БПЛА. В новосибирском колледже руководительница обвиняла студентов в отсутствии патриотизма и «ложном страхе за свою жизнь». Да уж, чего тут бояться! Лучше скорее идти рисковать этой самой жизнью за непонятные цели, спасая тех, кто цензурирует литературу, блокирует соцсети, ворует деньги из бюджета и строит на них дворцы.

Впрочем, все подобные новости распространяются в основном в оппозиционных телеграм-каналах. Минобороны официально отрицает, что студентов подводят под отчисление, чтобы вынудить подписать контракт.

Суббота

Сегодня прочитала новость о гибели студента, который воевал в войсках БПЛА. Это первый известный случай. По словам журналистов-расследователей, Валерий Аверин учился на выпускном курсе техникума в Бурятии и в январе заключил контракт с Минобороны. 2 апреля он сообщил своей приёмной маме, что уезжает туда, «где нет связи». Женщина рассказала журналистам, что изначально Валерия не брали на службу, ссылаясь на его психическую неуравновешенность, но в итоге он как-то подписал контракт, ничего не сказав семье. Погиб парень 6 апреля под Луганском в миномётном обстреле.

Я не могу представить, какое это горе для мамы Валерия. Очень хочу, чтобы как можно больше студентов узнали об этом случае: молодой человек умер на территории, где идёт реальная война, а не в тылу, где, как обещаются, будут служить операторы дронов.

Воскресенье

В свой единственный выходной я залезла в TikTok. Но и здесь нет покоя, потому что как минимум часть моих рекомендаций — видео от студентов про то, как их вербуют на контрактную службу. Они злятся и недоумевают.

О том, что большинство студентов не хотят воевать, говорят даже открытые данные. В 2022 году, когда объявили «частичную мобилизацию», одно государственное СМИ опубликовало исследование уровня поддержки такого решения. 50% респондентов между 18 и 26 годами мобилизацию не поддержали. В апреле 2024 года негосударственная исследовательская организация «Левада-центр» сообщила, что 61% опрошенных в возрасте от 18 до 24 лет выступают за начало мирных переговоров.

Студенты стали важным ресурсом для государства и людьми, на которых прямо сказываются все политические решения — от вербовки на войну до блокировок интернета. Сегодня выходит, что это государство оценивает жизнь студента в пару-тройку миллионов. Я бы очень хотела, чтобы расчеловечивание молодёжи и превращение её в ресурс для бешеных государственных решений скорее закончилось.

Предыдущий выпуск:

Студгазета. Выпуск №1